Две полуголые женщины, у одной из них в руках голова, сидящий мужчина держится правой рукой за меч.

Женщины одеты, как вакханки: на них звериные шкуры, одна из них держит в руках перевитый лентами шест. Лица – совершенно безумные, все опрокинуто, произошло что-то ужасное. И что-то еще должно произойти.

Картина называется «Пир Терея». На полотне Рубенса Терей, его жена Прокна и ее сестра Филомела.

История такова: Терей женился на Прокне, увез ее к себе в царство. Прошло пять лет. Прокна просит мужа привезти к ней сестру Филомелу повидаться. Терей едет за Филомелой, и здесь начинается цепь драматических и трагических событий. Терей влюбляется в Филомелу:

Он сладострастьем горит, и ему, и народу присущим.Страстно стремится Терей подкупить попеченье служанок,Верность кормилицы; он прельстить дорогими дарамиХочет ее самое, хоть целым пожертвовать царством,Силой похитить ее и отстаивать после войною.Кажется, нет ничего, на что бы захваченный страстьюЦарь не решился. В груди сдержать он не может пыланья. (Овидий, Метаморфозы)

Естественно, Терей скрывает свои чувства. А для того, чтобы убедить тестя отпустить с ним Филомелу, иногда даже пускает слезу. Не говоря уже о клятвах, что он приложит все усилия к тому, чтобы вернуть дочь отцу как можно раньше.

Но вот переговоры закончены, папа согласился, начинается обратный путь – в царство Терея. И тут Терей не сдержал восторга:

Лишь Филомела взошла на корабль расписной, и от веселМоре в движенье пришло, и земли отодвинулся берег,Крикнул Терей: «Победил! Со мною желанная едет!»

Плавание закончилось, ничто не предвещало никаких драматических поворотов.

Вот и закончился путь; суда утомленные снова На побережье своем. Но царь вдруг дочь ПандионаВ хлев высокий влечет, затененный лесом дремучим.Там, устрашенную всем, дрожащую бледную деву,В горьких слезах о сестре вопрошавшую, запер и тут же,Ей злодеянье раскрыв, – одну и невинную – силойОдолевает ее...

Филомела в отчаянии: она, того не желая, становится как бы второй женой Терея, соперницей своей сестре. Она обращается к Терею, обещая ему рассказать обо всем всем, кто может ее услышать:

«О варвар, в деяньях жестокий!О бессердечный! Тебя, – говорит, – ни отца порученья, Ни доброта его слез, ни чувство к сестре, ни девичьяДаже невинность моя не смягчили, ни брака законы!Все ты нарушил. Сестры я отныне соперницей стала,Ты же – обеим супруг. Не заслужена мной эта мука.Что ты не вырвал души у меня, чтоб тебе, вероломный, Злоумышленье свершить? Что меня не убил до ужасныхНаших соитий?»

Сама я, стыдливость откинув,Дело твое оглашу: о, только нашлась бы возможность!В толпы народа пойду; и, даже в лесах запертая,Речью наполню леса, пробужу сочувствие в скалах!

Тогда Терей отрезает ей язык:

Тут от подобных речей возбудился в жестоком владыке Гнев, и не меньше был страх. Двойной побуждаем причиной,Высвобождает он меч из висящих у пояса ножен.Волосы девы схватив, загнув ей за спину руки,Узы заставил терпеть. Филомела подставила горло -Только увидела меч, на кончину надеяться стала. Но исступленный язык, напрасно отца призывавший,Тщившийся что-то сказать, насильник, стиснув щипцами,Зверски отрезал мечом. Языка лишь остаток трепещет,Сам же он черной земле продолжает шептать свои песни.Как извивается хвост у змеи перерубленной – бьется И, умирая, следов госпожи своей ищет напрасно.Страшное дело свершив, говорят, – не решишься поверить! -Долго еще припадал в сладострастьи к истерзанной плоти.

Терей запирает ее в каком-то подобии тюрьмы. Вернувшись домой, он сочиняет небылицу про смерть Филомелы. Прокна вся в трауре и в память о сестре ставит дома пустой гроб.

Проходит год. Филомела в своей тюрьме ткет ковер, на котором пишет о том, что сделал с ней Терей. Ковер доставляют Прокне. Это случается как раз во время очередного праздника Вакха. Прокна одевается вакханкой, с толпой вакханок добирается до тюрьмы и крадет Филомелу. Обе сестры возвращаются во дворец, Прокна клянется Филомеле, что она накажет Терея.

Видишь, сама я на все преступленья готова, родная!Факелы я разожгу, дворец запалю государев, В самое пламя, в пожар искусника брошу Терея,Я и язык, и глаза, и члены, какими он отнялСтыд у тебя, мечом иссеку, и преступную душуТысячью ран изгоню! Я великое сделать готова – И лишь в сомнении – что?»

В этот момент к ней подходит и начинает ластиться ее сын, Итис. «Как ты похож на отца», – говорит Прокна. Это – спусковой крючок, за которым следуют не поддающиеся пересказу преступления. Почему это произошло, почему сходство сына с отцом толкнуло Прокну к последующим действиям? Кажется, что у нее возникло желание прекратить род Терея, прекратить передачу по наследству жестокого и безрассудного нрава, который Терею достался от его отца Ареса – бога кровавых и бессмысленных войн.

И в голове Прокны рождается дьявольский план:

«В доме высоком найдя отдаленное место – меж тем какРучки протягивал он и, уже свою гибель предвидя, – «Мама! Мама!» – кричал и хватал материнскую шею, – Прокна ударом меча поразила младенца под ребра,Не отвратив и лица. Для него хоть достаточно былоРаны одной, – Филомела мечом ему горло вспорола.Члены, живые еще, где души сохранялась толика,Режут они. Вот часть в котлах закипает, другаяНа вертелах уж шипит...»

Столы накрыты, блюда поданы:

Вот к какому столу жена пригласила Терея!И, сочинив, что таков обряд ее родины, в коемМуж лишь участник один, удалила рабов и придворных,Сам же Терей, высоко восседая на дедовском кресле,Ест с удовольствием, сам свою плоть набивая в утробу.

Терей насытился и просит привести сына Итиса. Прокна отвечает:

«То, что зовешь ты, внутри у тебя!»

Вдруг Филомела внеслась и кровавую голову сынаКинула зятю в лицо: вовек она так не хотелаЗаговорить и раскрыть ликованье достойною речью!

Терей пытается убить сестер, но они превращаются в птиц и улетают из дворца. И сам Терей тоже обращается в птицу.

(В дверном проеме видна какая-то женщина, наблюдающая за происходящим. Скорее всего, это одна из служанок.)

История настолько кровавая, что ее даже читаешь с трудом. Почему художник обратился к такому жестокому сюжету? Кто заказал такую картину?

Сюжет заставляет задуматься: что такое человек? Где предел жестокости? Где предел низости? Где предел предательству? Что отделяет человека от зверя? И найдется ли когда-нибудь ответ на эти вопросы?