К сапожному и
История культуры Древней Руси. Домонгольский период. Том I. Материальная культура. - Н.Н.ВОРОНИНА, М.К.КАРГЕРА.
150 
К сапожному
и скорняжному делу близко примыкает портняжное.
Единственным,
но интересным источником в этом вопросе является Киево- Печерский патерик. Ведя
упорную (но бесплодную) борьбу за введение общежительного устава, старшие
монахи использовали и Патерик для обличения стремлений к бегству из монастыря.
Одним из примеров этого является рассказ «О исходившем часто из монастыря».
Сначала об этом беглеце говорится только, что он часто «отбегаше от монастыря».
Феодосий Печерский принимал его каждый раз, как он возвращался, но, очевидно,
за каждое возвращение в стены монастыря беглец должен был расплачиваться. Когда
Феодосий вновь «причте его к стаду», «тогда же черноризец той,[иже бе своима
руками работаа, сътяжал имение мало бе бо порътной швець [вариант: бе бо
платьна делая] и сие принес пред блаженнымъ положи». По всей вероятности, этот
непоседливый черноризец работал на дому у заказчиков, чем и объясняются его
частые отлучки. Для ремесла «портного швеца» это наиболее естественная форма
работы, удержавшаяся очень долго. Паволоки, оловир, аксамит — все эти дорогие
заморские ткани (рис. 162—163), бывшие в ходу в городах, требовали опытной руки
мастера-закройщика. Из археологических |материалов с работой швецов можно
связывать только осевые ножницы, находимые на городищах. Эти ножницы вполне
современного типа; остальные материалы больше касаются истории одежды, чем
портняжного ремесла (см. гл. 5).
Наиболее
спорным из всех городских ремесл является ткачество. С одной стороны, мы
располагаем большим количеством обрывков различных льняных и шерстяных тканей
со сложным тканым, вышитым и даже набивным рисунком. С другой стороны, у нас
нет никаких данных о ткачах-ремесленниках.