В круге старых
Духовная культура средневековой Руси. - Клибанов А.И.
300 
В круге старых
представлений есть и сектор, отмежеванный "отреченными" книгами с их
упором на борьбу между "Правдой" и "Кривдой" и социальным
заземлением этих отвлеченных понятий. Здесь было от чего оттолкнуться русскому
публицисту, вступившему на поприще социально-идейной борьбы. В небесные книги
осторожно, но уверенно он впишет свою земную страницу. В ней найдут место и
идеи, близкие тем, которые развивал и отстаивал Карпов. Да и "светская
мудрость", которой с великим усердием "прилежал" Карпов, не
обойдена Пересветовым — это убедительно показано в монографии А. А. Зимина. Нет
оснований ставить под сомнение связи Пересветова с традицией "светской
мудрости". Речь идет об объеме, характере и форме связей. Пример двух
выдающихся, весьма разных, но в немалом и схожих публицистов показывает, что в
России, как и на Западе, становление гуманистической мысли происходило не на
одном пути "возрождения" античных авторитетов, но и на пути
творческого освоения культурного наследия родного прошлого.
Обращение
Пересветова к наследию отечественной культуры прослеживается явно, чего о
Карпове сказать нельзя. Это не объясняется простым различием их литературных
пристрастий. Здесь существенный показатель для понимания образа мыслей
публицистов. Сочинения Пересветова, как было показано Зиминым и рядом других
исследователей, в значительной степени — светские. Он не прибегает к
авторитетам православной патристики, немногочисленны и случаи обращения
публициста к библейским текстам. Между тем церковные писатели, современные
Пересветову (да и гораздо более поздние), и "шагу ступить" не смели
без ссылок на православные авторитеты. И не только церковные писатели.
Достаточно припомнить послания Ивана IV и Курбского. Но игнорирование
авторитетов не составляет само по себе отказа от авторитар- но-средневекового
мышления. Таковое преодолевается до конца лишь утверждением человека — творца,
созидателя материальных и духовных ценностей. И здесь связи Пересветова с
традиционной культурой указывают на незавершенность его гуманистического
самоопределения. Материала, способного непосредственно послужить утверждению
индивидуального "самоценного" человека, в народной культуре не было.
Напротив, народная культура отвергала обособление. Примат коллектива над
индивидом — ее характернейшая черта. Но умение "рубить правду",
остро-социальное осмысление выдвигаемых проблем, постановка их на почву
жизненной практики, трезвость зоркого ума — всем этим Пересветов во многом
обязан традиции народной культуры.